Олег Дивов (divov) wrote,
Олег Дивов
divov

Categories:
К приезду Микки Рурка в Москву - вспомнилось.
Специально для oldmann и send_error, которым я давеча рекламировал роман Буковски "Голливуд" - найдите его, не пожалеете, он на редкость добрый и трогательный.

Чарлз Буковски. "Голливуд". фрагмент.

Дня через три-четыре позвонил Джон.
— Джек Бледсоу прочел сценарий и одобрил, желает сниматься. Я пытался послать его к тебе, но он боится подпасть под твое влияние. Говорит, лучше ты к нему подъезжай.
— А так я что — влияния не окажу?
— Ему виднее.
— Думаешь, он справится с ролью?
— Вопрос! Он же прямо с улицы! Каштанами торговал! В Нью-Йорке!
— Я видел кое-какие его фильмы…
— И что?
— Может, ему не стоит каждый раз скалиться, когда он не знает, что делать в кадре? И лупить кулачищем по холодильнику. И еще эта дурацкая нью-йоркская походка — будто у него банан в жопе.
— Он был боксером, Джек Бледсоу этот.
— Эка невидаль! Все мы были боксерами!

— Он сделает эту роль, поверь.
— Джон, я не хочу, чтобы в нашем фильме воняло Нью-Йорком. Мой герой — парень из Калифорнии. Калифорнийцы — ребята простые, без затей. Они не суетятся и просчитывают каждый шаг. Не психуют зазря. И главное — они готовы к убийству. И при этом не напускают никакого туману.
— Вот и объясни ему все это.
— Ладно. Где и когда?
Встречу назначили на восемь вечера в северном Голливуде. Мы минут на пяток опоздали. Долго искали дом в лабиринте каких-то темных тропинок.
— Надеюсь, у него найдется выпить. Надо было с собой захватить.
— Наверняка у него есть, — сказала Сара.
Мы запутались в нумерации. Наконец увидели на балконе одного из домов Джона.
— Сюда давайте!
Мы поднялись по лестнице. В этом гнездышке Джек скрывался от всенародной любви.
Джон отворил дверь, и мы вошли. Они сидели на диване — Джек Бледсоу и его милок Ленни Фидело. Фидело играл с ним в эпизодах. Джек Бледсоу выглядел точь-в-точь как экранный Джек Бледсоу. Ленни был огромный парень, тяжеловес. Прожитая жизнь читалась на нем как открытая книга. Он мне сразу понравился. Глаза у него были большие и печальные. Руки крупные. Он казался усталым и одиноким. В порядке, в общем.
Стали знакомиться.
— Что за парень? — спросил я Джека, кивая на Ленни. — Твой телохранитель?
— Ага, — ответил Джек.
Джон стоял, улыбаясь, предвкушая теплую задушевную встречу. Впрочем, черт знает что он там думал.
— У тебя выпить есть? — спросил я.
— Только пиво. Сойдет?
— Сойдет, — ответил я.
Ленни вышел в соседнюю комнату за пивом. Мне стало жаль Сару. Она, бедняжка, не пивная душа.
Стены были оклеены афишами боксерских матчей. Я прошелся, посмотрел. Здорово. От одного их вида почувствовал себя мачо.
Из дивана торчали пружины, подушки валялись на полу вперемешку с ботинками, журналами, бумажными пакетами.
— Типичная мужская берлога, — засмеялась Сара.
— Ага. Мне нравится, — сказал я. — Много я повидал на своем веку, но это — высший класс.
— Нам нравится, — сказал Джек.
Вернулся Ленни с пивом. Баночным. Мы вскрыли жестянки и, отхлебнув по паре глотков, расселись.
— Значит, сценарий ты прочитал? — спросил я Джека.
— Да. Этот парень — вы сами?
— Я. Только в далеком прошлом.
— А вы порядком нахлебались за свою жизнь, — сказал Ленни.
— Было.
— А вы правда торговали сэндвичами вразнос?
— Приходилось.
Пивко было хорошее. Воцарилось молчание.
— Ну, что скажешь? — спросил Джон.
— Насчет Джека?
— Да.
— Годится. Надо только его слегка встряхнуть.
— Прояви свои борцовские качества, — сказал Джон. Я встал и принял стойку.
— Уймись, — сказала Сара. Я сел.
— У меня был неплохой захват. Но всегда недоставало воли к победе. Чувствовал себя неуверенно. А пиво еще есть?
— Конечно, — спохватился Ленни и пошел за пивом.
Весь Голливуд знал, что Джек Бледсоу в контрах с Томом Пеллом. Во всех интервью он не упускал случая его подковырнуть: «Том — из района Малибу. А я прямо с улицы». Мне-то плевать, откуда актер родом, лишь бы играть умел. Они оба умели. И на кой им катить бочку друг на друга, как это в заводе у писак?!
Ленни принес пиво.
— Последнее, — объявил он.
— Тьфу ты, жалость какая, — загрустил я.
— Я сейчас, — сказал Джон.
И побежал за пивом. Умничка Джон.
Мне захотелось отлить, и я спросил, где сортир.
Пошел, сделал свое дело.
Повернулся к раковине вымыть руки.
Что за мать твою так?
В раковине торчало белое полотенце. Один конец зафигачили в сток, другой свисал на пол. Мне это не понравилось. Полотенце промокло насквозь, с него капало. На кой черт надо было это делать? Что бы это значило? Следы недавнего веселья? Я чувствовал, что это неспроста. Да, как же я, однако, стар; отстал от жизни. Столько прожив, столько познав, я, поди ж ты, не мог разгадать смысла какого-то паршивого мокрого утиральника.
И главное, Джек знал, что я сюда иду, — почему не убрал эту фигню? Может, это мне послание?
Я вышел из уборной.
Будь я нью-йоркцем, я бы как ни в чем не бывало поинтересовался: «А чой-то у вас там в раковине мокрое полотенце делает?»
Но я калифорниец. И потому молча вошел в комнату и сел, не сказав ни слова, ибо это не мое собачье дело.
Джон уже вернулся с пивом, и у меня под рукой оказалась открытая банка. Я взял ее. Жизнь вновь была хороша.
— На главную женскую роль приглашу Франсин Бауэрc, — сказал Джек. — Она мне не откажет.
— Я тоже знаком с Франсин, — сказал Джон. — И тоже шепну ей словечко.
— Почему бы вам не объединить усилия? — спросила Сара.
Ленни снова ушел за пивом. Он четко следил за этим делом. Наш человек.
— Интересно, а мне там не найдется ролишка? — спросил он. Я взглянул на Джона.
— Ленни всегда со мной снимается, — сказал Джек.
— Найдется для тебя роль. Обещаю, — сказал Джон. — Займем тебя.
— Я читал сценарий, — сказал Ленни. — По-моему, я мог бы сыграть бармена.
— Но тебе придется лупить по башке своего дружка, — заметил я.
— Нет проблем, — ответил Ленни.
— Да, — сказал Джек. — Это ему не впервой. Он мне однажды зуб вышиб.
— Неужели? — переспросила Сара.
— Вот он не даст соврать, — ответил Джек.
Мы потягивали пивко. Болтали о пустяках. О подвигах Ленни. Я понял, что в случае чего за ним не заржавеет.
Пиво кончалось, надо было отчаливать.
Перед уходом я совершил еще один поход в сортир. Потом я и Сара стали прощаться. Джон оставался, наверное, хотел обговорить какие-нибудь детали.
И тогда случилась вот какая странная штука. Я спросил у Джека: «Старик, а чего это у тебя там полотенце в раковине мокнет?»
— Какое еще полотенце? — удивился Джек.
Subscribe

  • Дикая литература поддается приручению

    Эй, молодые [и не очень] талантливые [и не особенно] авторы! В первую очередь с author.today. Это для вас. По техническим причинам открылись два…

  • Гугл для белых и дикарей

    Вас уже ошарашили тем, как проклятый Гугл подсовывает русскоязычным выдачу "вакцинация это геноцид", а англоязычных уверяет, что вакцинация -…

  • (no subject)

    Наткнулся на термин "гибридный писатель". Сломал половину головы, думая, что за кентавр. Гибридное писательство преподают на очередных курсах типа…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 99 comments

  • Дикая литература поддается приручению

    Эй, молодые [и не очень] талантливые [и не особенно] авторы! В первую очередь с author.today. Это для вас. По техническим причинам открылись два…

  • Гугл для белых и дикарей

    Вас уже ошарашили тем, как проклятый Гугл подсовывает русскоязычным выдачу "вакцинация это геноцид", а англоязычных уверяет, что вакцинация -…

  • (no subject)

    Наткнулся на термин "гибридный писатель". Сломал половину головы, думая, что за кентавр. Гибридное писательство преподают на очередных курсах типа…